123610, Москва, Краснопресненская наб. д.12, подъезд 9, 28 этаж
Facebook Instagram Youtube

Этнический туризм в России – потенциальный драйвер для всей отрасли

09.10.2019

Даже когда на карте мира уже не осталось белых пятен, а современные технологии, кажется, совсем скоро уравняют всё и вся, человек не меньше (а то и больше) прежнего стремится в неизведанное, открывать новые земли, новые народы. А зачастую, наоборот, он возвращается на землю предков, ищет свои корни. Потому этнический туризм (как разновидность культурного) – это модное, бурно развивающееся направление в отрасли путешествий. Как и в других популярных течениях (гастрономическом, приключенческом, сельском туризме), здесь главное – мотивация, цель. И эта цель – узнать культуру, быт, традиции других народов, погрузиться в их среду, почувствовать себя одним из них.

Совершить такое путешествие хотят почти все. Социологическое исследование Ростуризма показало, что в этнотур с удовольствием отправились бы 88% россиян. Однако эксперты отмечают: это направление, несмотря на его популярность, в большей степени находится в области теории, чем практики, этнотуризм – все еще экзотика. А ведь его потенциал в России, где проживают 180 этнических групп, невероятно высок. И путешествовать россияне любят: по данным Всемирной туристской организации (UNWTO), наша страна вошла в топ‑10 стран по совокупным затратам туристов на путешествия ($35 млрд) и вместе с Францией продемонстрировала самый высокий рост этих затрат (11%). Однако, судя по продажам авиабилетов, самым популярным направлением и целью по-прежнему остается пляж.

Изнанка глобализации

«Время как будто остановилось. Создается ощущение, что ты оказался в древней Стране Басков и общаешься с ними. Глобализация оставила эти места нетронутыми», – делится впечатлениями от этнотура в Испанию доцент кафедры иностранных языков РЭУ им. Плеханова Дмитрий Еныгин. Он преподает курс межкультурной коммуникации в университете Страны Басков и подробно изучил, что понимают под этнотуризмом в этом регионе.

Культурный студенческий обмен, например, означает, что ребята полностью погружаются в атмосферу местного колорита. Там нет ни одного сетевого ресторана, зато по количеству заведений, отмеченных мишленовскими звездами, баски – чемпионы. И в их основе – этническая кухня. А еще Страна Басков – это винодельческие маршруты по знаменитым виноградникам Риоха, поэтические и литературные «парады», фольклорные фестивали. «Конечно, здесь и очень много проблем, – говорит эксперт. – Численность басков постепенно сокращается. Но они прикладывают колоссальные усилия к тому, чтобы молодежь оставалась в регионе и участвовала в его развитии. А начинается всё с воспитания в семейных традициях».

По определению UNWTO, основная мотивация культурного туризма – изучение и потребление материальных и нематериальных культурных достопримечательностей. А эти достопримечательности связаны с набором отличительных материальных, интеллектуальных, духовных и эмоциональных особенностей общества – искусства и архитектуры, исторического и культурного наследия, кулинарного наследия, литературы, музыки, творческих индустрий и живых культур с их образом жизни, ценностными системами, верованиями и традициями. Этнический туризм по сути – часть культурного. Только речь тут не о музеях мировых столиц, а о малых народах в провинциальных, часто очень удаленных от цивилизации уголках планеты.

Актуальность этого направления обусловлена несколькими важнейшими для всего человечества причинами. Одна из них – постоянное переселение людей. «В мире огромное количество переселенцев, вынужденных сменить свое место жительства из-за множества причин: военных, политических, религиозных конфликтов, экономических факторов», – поясняет доцент департамента менеджмента Финансового университета при правительстве РФ Константин Поздняков.

С одной стороны, продолжает он, этническое и национальное разнообразие является одной из отличительных черт современного общества. С другой – жизнь этнических групп и меньшинств в условиях глобализации, стремительного научно-технического развития, экологических кризисов и увеличения информационных потоков становится все более сложной. Таким образом, этнический туризм является одним из вариантов сохранения этнического многообразия и одновременно способствует более тесному контакту между представителями тех или иных народов, вовлечению их культуры в мировое культурное наследие.

Склонность современного общества к самоизучению, познанию себя вывела этнотуризм в главные тренды путешествий, продолжает эту мысль Дмитрий Еныгин. А глобализация провоцирует желание чего-то локального, неизведанного, национального.

«Эта тенденция подтверждает, что не всё еще потеряно и все-таки современность обеспокоена вопросом исчезновения некоторых народов и обратила внимание на изучение их культуры, – говорит эксперт. – Ведь одна из версий возникновения этнографии как науки еще в XVIII веке заключается в том, что назрела необходимость изучать изолированные народы, аборигенов, которые сохраняли свою культуру сквозь тысячелетия».

Поскольку туризм – это отрасль экономики, то этнопутешествия при грамотной их организации вносят существенный вклад в развитие и бюджет того или иного региона: создаются рабочие места, строятся дороги, отели, рестораны. И местные общины, будучи активно вовлеченными в турбизнес, могут одновременно и зарабатывать, и сохранять свою самобытность.


Этнический калейдоскоп

Каждая страна по-своему рекламирует этнотуризм остальному миру, и в каждой свои особенности, своя привлекательность. Так, для Фиджи это образ жизни жителей архипелага, передаваемые из поколения в поколение традиции и обычаи, уникальный опыт, который туристы могут испытать на себе. Босния и Герцеговина презентует себя как страну с древней и богатой историей, чье культурное наследие испытало влияние Древней Греции и Рима, Средневековья, Османской и Австро-Венгерской империй, и поэтому эта маленькая страна является уникальным объектом культурного туризма.

Большинство туристов едут на Мальту ради солнца и моря, но для 15% посетителей главная цель – культурное наследие этой страны, и это побудило местные власти сместить акценты в своей политике с пляжного отдыха на просветительский. «Малайзия: настоящая Азия» – этот слоган стал главным для страны в привлечении иностранных туристов. Множество этнических групп, проживающих в Малайзии, сделали эту страну своеобразной «маленькой Азией».

Винный тур, Великий шелковый путь, Александр Дюма на Кавказе – эти маршруты стали фирменными визитными карточками Азербайджана, город Массалы стал «столицей фольклора», Губа – «столицей ремесел», Кедабек – «столицей легенд».

Этнотуризм, приводит примеры Дмитрий Еныгин, – это маршруты по местам жизни и быта коренного населения, как в Непале, или музеи под открытым небом, как в Скансене, где воссозданы дома и усадьбы, а также быт различных социальных слоев в Швеции. «Одним из интересных трендов в этнотуризме является и проживание в семье с местным населением, что позволяет не только увидеть, как устроен быт народа, но и попробовать себя в роли его представителя, – говорит эксперт. – Такие варианты туров есть в Эквадоре и традиционно в Британии и Канаде».

Роль местных властей и туристических фирм в организации этнотуризма может оказаться очень существенной. Например, в Танзании местные общины напрямую вовлечены в создание туристических программ и маршрутов. И путешественники могут знакомиться с ценностями, верованиями и традициями местных жителей непосредственно в их среде. Таким образом, совершается культурный обмен, и экономика получает свои бонусы.

В Восточном Тиморе власти субсидируют местные общины, чтобы те могли восстанавливать традиционные жилища, заниматься народными ремеслами и пошивом традиционных костюмов. «Власти разных стран поддерживают желание туристов изучать местные обычаи, – говорит руководитель сервиса по продаже билетов Biletik.aero Андрей Каймачников. – Например, в Кении можно посетить деревни племен масаи и самбуру, встретиться с их вождями и даже поучаствовать в ритуальных танцах».

В Эквадоре, рассказывает политолог и историк Александр Быковский, живет большое количество индейцев, для которых созданы отдельные парки и заповедники, места для охоты, дороги для автобусов, подвоза продуктов и других необходимых для туристов и местных жителей товаров. Созданы специальные группы, которые обучают индейцев общению с туристами, технологии продаж изделий, демонстрации своего фольклора, танцев, обычаев. Туристов селят в отдельные индейские домики, катают на каноэ по рекам, кормят индейской пищей, ходят с ними на охоту и рыбалку, учат местным ремеслам и обычаям.

«Всё это приносит ощутимый доход как индейцам, так и турфирмам и государству, – говорит эксперт. – То же самое происходит в Канаде с индейцами и эскимосами. Прямо в центре Оттавы есть индейская деревня, в которой можно познакомиться с местной культурой».

В Австралии правительство всесторонне поддерживает аборигенов: устраивает парки, строит коммуникации и также обучает местное население технологиям предоставления услуг туристам. Кроме того, местные власти, говорит Быковский, ведут мощное информационное сопровождение этнотуризма, финансируют специальный сайт и рекламу по всем телеканалам Австралии.

Однако, отмечают аналитики UNWTO, при плохом управлении туризм может также оказывать негативное воздействие на культуру и наследие, что неизбежно наносит ущерб долгосрочной устойчивости как сектора туризма, так и сектора культуры. Поэтому некоторые страны в свою политику также включили пункт о соблюдении баланса между поощрением туризма и сохранением местной культуры. Например, одна из главных целей Мьянмы – не допустить разрушения культурного наследия и естественной природной красоты в результате развития гостиничной и туристической индустрии.

В Папуа–Новой Гвинее особая проблема: там западную концепцию турбизнеса пытаются привести в соответствие с меланезийской традиционной практикой совместного использования ресурсов и землевладения. В частности, местные общины могут ограничивать допустимое число туристов–любителей серфинга в целях защиты окружающей среды, но при этом получают различные льготы на организацию этого вида туризма.

Придуманная этнография

Самый кассовый за всю историю китайского кинопроката фильм «Приключения в Таиланде» 2012 года (30 млн зрителей, сбор – 1 млрд юаней) спровоцировал колоссальный приток туристов из Китая в тайский Чиангмай, где снималось кино. После выхода фильма на экраны турпоток в Таиланд увеличился с 2,7 млн в 2012 году до 8 млн в 2015 году. Как ни странно, подобное явление тоже относится к этнотуризму.

«Современный этнотуризм – дитя поп-культуры, и тот же «Диснейленд» многими посетителями воспринимается как вполне себе этнографический заповедник, – говорит маркетолог, сопредседатель Комитета индустрии кино и телевидения московского регионального отделения «Деловая Россия» Игорь Пылаев. – И не важно, что в нем широко представлены быт и культура выдуманных персонажей. Для миллионной детской аудитории все они – и Микки-Маус, и Дональд Дак, и многие другие – абсолютно реальные герои».

По схожему принципу существует Хоббитон – деревня хоббитов в Новой Зеландии. Изначально это была декорация для фильмов «Властелин колец» и «Хоббит». Но вскоре, рассказывает эксперт, место съемок превратилось в центр паломничества для многомиллионной армии фанатов Толкина.

«Сейчас это один из самых популярных этнографических туристических маршрутов в мире», – говорит Пылаев. Он приводит еще один подобный пример: выдуманный город Татуин в Тунисе, который также был построен как съемочный павильон и очень быстро стал объектом культурного и этнографического наследия для всех поклонников (и не только) саги «Звездные войны».

Парадокс в том, что многим туристам все равно, какого рода реконструкцию они увидят воочию – историческую или ту, которая воссоздает вымышленные миры и цивилизации, объясняет маркетолог. «Главное, насколько сильно эти туристические объекты внедрены в массовое сознание, – говорит он. – Это тренд». Будущее, безусловно, за таким видом этнотуризма, уверен эксперт. Чем больше будет новых успешных голливудских кинофраншиз, тем чаще будут возникать на туристических картах удивительные этнографические поселения, считает он. «Возможно, со временем нечто подобное появится и в России, если удастся снять национальный фильм или сериал, сопоставимый по масштабам с «Властелином колец», – предполагает Игорь Пылаев.

Исчезающая ностальгия

Но этнотуризм – это еще и прошлое. Для многих это лучший способ узнать о своем происхождении. «Это помогает многим людям найти своих родственников на чужих землях, о существовании которых большинство даже не знало, – говорит Константин Поздняков. – Люди посещают места, где жили их отцы, деды или они сами в детстве, юности или молодости. Именно поэтому вторым названием этнического туризма является ностальгический туризм».

С этой целью в Карелию и Ленинградскую область часто приезжают туристы из Финляндии. Одним из центров такого паломничества стал карельский город Сортавала, который называют «неофициальным центром Северного Приладожья». В 90‑х Сортавала стал и центром паломничества ностальгического туризма финнов, что стало возможным благодаря сокращению приграничной зоны до 5 км.

«С этого времени уехавшие из Карелии финны получили возможность приезжать в родные места, остававшиеся закрытыми на протяжении всего советского времени, – пишут авторы книги «Гибкие этничности. Этнические процессы в Петрозаводске и Карелии в 2010‑е годы». – Начало 90‑х стало пиком ностальгического туризма». Но сейчас, говорится в исследовании, число паломников значительно уменьшилось: «Многие представители старшего поколения финнов, живших когда-то в Карелии, умерли, а их потомки уже не чувствуют к этой земле такой привязанности, как их родители, дедушки и бабушки».

Читать продолжение в источнике

Поделиться статьей:
Поделиться в VK Поделиться в FB Поделиться в Tw

Вернуться к списку


Публикации по теме:
B2B раздел